Стихотворение настроения! Продолжение 2

В этой теме постим любимые стихи, при желании с картинками.

У каждого на свете есть причины

У каждого на свете
есть причины...
У пьющего и бьющего мужчины...,
У матери забывшего про сына...
У каждого на свете есть причины...
Кого то жизнь в бараний рог скрутила,
Кого-то хворь к могиле придавила,
А кто-то скажет, что попутал бес...
И каждый свой несёт по жизни крест...,
Но среди всех причин и оправданий,
Найти бы путь к прозренью и признанию
Своей, не малой, в этой жизни роли......
И выбором своим своей дороги

Лекса Ток

С вечера поссорились супруги,
Говорили много резких слов,
Сгоряча не поняли друг друга,
Напрочь позабыли про любовь

Утром мужу на работу рано,
А на сердце — горечи печать
За ночь глупость осознал он,
Подошёл жену поцеловать

Не спала, но всё же притворилась,
Отвернула в сторону лицо
В глубине обида затаилась,
Как удав, свернувшийся кольцом

Дверь закрыл — ни слова на прощанье,
Со двора на окна посмотрел...
Если б они знали, если б знали,
Что ушёл из дома насовсем

А жена привычными делами,
Как всегда, своими занялась:
Детское бельишко постирала,
Борщ сварила, дома прибрала

Чистый пол, помытая посуда
И с работы скоро муж придёт
— Я с ним разговаривать не буду,
Пусть прощенья просит, пусть поймёт

Гордость в сердце вздыбилась высоко:
— Первая к нему не подойду!
По ролям разыгрывалась ссора
В воспаленном дьяволом мозгу

Шесть пробило, семь и пол-восьмого...
Неподвижна дверь, молчит порог
И в тревоге что-то сердце ноет,
Где же задержаться так он мог?

Вдруг какой-то крик и суматоха,
Чей-то голос, плачущий навзрыд,
И соседский мальчуган Алёха
Крикнул, запыхавшись: "В шахте взрыв!"

Взрыв! Совсем коротенькое слово...
Сердце будто в клочья порвало!
Нет, она к такому не готова!
Может жив он, может повезло

И в слезах по улице бежала,
Вспоминая с болью прошлый день,
Как в обиде злилась и кричала,
Застилала разум злобы тень

Заведенной куклой повторяла:
— Мой родной, о только бы не ты,
Я б к твоим ногам сейчас упала,
Прошептав короткое "Прости"

Им бы знать вчера, что будет завтра,
По-другому всё могло бы быть
Смерть, как вор, приходит так внезапно,
Не оставив шансов долюбить

Прогремит неугомонно грозно
Приговор. Его не изменить,
Исправлять ошибки слишком поздно,
С этой болью ей придётся жить

Люди, будьте к ближним своим мягче,
Относитесь с нежностью, с добром
И не обижайте, а иначе
Можно горько каяться потом...

Эдуард Асадов

Медный всадник под окном не скачет,
У реки Аленушка не плачет.
Только гастарбайтеры ишачат.
Да трамвай туда-сюда фигачит.

Не шагает солнце по бульварам,
Не сбегает Варенька с гусаром.
Утро дышит свежим перегаром,
Карабас проходит с Дуремаром.

А задвинешь поплотнее шторы -
Горы за окном и Сакре-Керы,
Зеленеют ветви сикомора,
Гамаюн заводит разговоры.

Что-то с этим надо делать, братцы,
То ли в детстве навсегда остаться,
То ль страницей в книгу подверстаться,
То ли напрочь с разумом расстаться.

Вадим Жук

«Пока мы чёртиков чирикали в тетради…»

Пока мы чёртиков чирикали в тетради,
Пока вставали дружно каждый раз.
Всё будущее оказалось сзади
И смотрит с содроганием на нас.
Глаголы сбились в пестроте своей,
И первое попавшее надели.
И с ними Соловьев иль Соловей,
Но точно не Алябьев и не Дельвиг.
Ответь мне, милосердная сестра, —
Я бывший, Крысолов, пловец и автор, —
Что будет предстоящим нам вчера?
Кого из нас не расстреляли завтра?

Вадим Жук

Владимир Высоцкий — стихи

Владимир Высоцкий
Вот это да


Вот это да, вот это да!
Сквозь мрак и вечность-решето,
Из зала Страшного суда
Явилось то — не знаю что.
Играйте туш!
Быть может, он —
Умерший муж
Несчастных жен,
Больных детей
Больной отец,
Благих вестей
Шальной гонец.
Вот это да, вот это да!
Спустился к нам — не знаем кто, —
Как снег на голову суда,
Упал тайком, инкогнито!
Но кто же он?
Хитрец и лгун?
Или — шпион,
Или колдун?
Каких дворцов
Он господин,
Каких отцов
Заблудший сын?
Вот это да, вот это да!
И я спросил, как он рискнул, —
Из ниоткуда в никуда
Перешагнул, перешагнул?
Он мне: «Внемли!»
И я внимал,
Что он с Земли
Вчера сбежал,
Решил: «Нырну
Я в гладь и тишь!»
Но в тишину
Без денег — шиш!
Мол, прошмыгну
Как мышь, как вошь,
Но в тишину
Не прошмыгнешь!
Вот это да, вот это да!
Он повидал печальный край, -
В аду — бардак и лабуда, —
И он опять — в наш грешный рай.
Итак, оттуда
Он удрал,
Его Иуда
Обыграл —
И в «тридцать три»,
И в «сто одно».
Смотри, смотри!
Он видел дно,
Он видел ад,
Но сделал он
Свой шаг назад —
И воскрешен!
Вот это да, вот это да!
Прошу любить, играйте марш!
Мак-Кинли — маг, суперзвезда,
Мессия наш, мессия наш!
Владыка тьмы
Его отверг,
Но примем мы —
Он человек!
Душ не губил
Сей славный муж,
Самоубий-
ство — просто чушь,
Хоть это де-
шево и враз —
Не проведешь
Его и нас!
Вот это да, вот это да!
Вскричал петух, и пробил час.
Мак-Кинли — бог, суперзвезда, -
Он — среди нас, он — среди нас!
Он рассудил,
Что Вечность — хлам,
И запылил
На свалку к нам.
Он даже спьяну
Не дурил,
Марихуану
Не курил,
И мы хотим
Отдать концы,
Мы бегством мстим,
Мы — беглецы!
Вот это да! Вот это да!

1974 г.

Владимир Британишский — Сибирь

Когда потянет нас на компромисс

Когда потянет нас на компромисс,
захочется склониться к перемирью,
как просто — будто реку перекрыть!
— все будничное прекратить Сибирью.
Так просто — будто руку протянуть через Урал
и той воды напиться.
И снова повторить свой первый путь
(теперь уже не нужно торопиться!)
… Не сомневался. Жребий не кидал.
Не проявил ни капли безрассудства.
Я знал: в Сибирь, как реки в океан,
все обстоятельства мои стекутся.
Я карту толковал. Я колдовал
над Западно-Сибирской котловиной.
Я трактовал ее как котлован строительства.
Котел неутолимый.
Реактор страсти сверстников моих все,
наконец, устроить так, как надо…
Едва из-под опеки деканата,
уже авторитеты отменив…
О молодость! Когда, на склоне лет,
на землю ты меня с орбиты спустишь,
пусть скрасит старость,
облегчит мне участь,
пусть просветлит меня Сибири след.

Ты прости меня, дорогая,
Это был только странный сон
Что разбита ваза с цветами -
Опустел без неё наш дом.

Ты прости меня, я не знаю:
Это был хулиган - июль ...
Почему же, цветы роняя,
Я в любви твоей утонул?

Так прозрачен лик твоей вазы,
Как у вечности в хрустале ...
Я б тебе, любимая, сразу
Все цветы отдал на Земле.

Мне наверно приснилась небыль -
Неземной она красоты.
Вот и льётся светлая нежность:
В этой вазе - твои черты.

А теперь раскололась ваза,
Разлетелись осколки слов:
Не собрать их. Уже не важно -
Ведь разбилась с нею любовь.

Но мне жаль, что все песни спеты ...
От хрустальной, хрупкой любви
Я цветком пил из вазы лето -
А остались одни мечты.

Я спросил у Гугола -
где моя любимая?
Гугол не ответил мне,
к Фейсбуку послал.
Я спросил у Фейсбука -
где моя любимая?
Долго Фейсбук слёзы лил
за моим окном.
Max ты мой единственный,
где моя любимая?
Ты скажи, где скрылась,
знаешь, где она?
Max ответил преданный,
Max ответил искренний:
была тебе любимая,
была, была любимая,
была, была, была, была...
И затормозил!

Общаюсь с тишиной я,
Боюсь глаза поднять,
Про самое смешное
Стараюсь вспоминать.

Врачи чуть-чуть поахали:
"Как? Залпом? Восемьсот?.."
От смеха*ли, от страха ли
Всего меня трясет.

Теперь я — капля в море,
Я — кадр в немом кино,
И двери — на запоре,
А все-таки смешно.

Воспоминанья кружатся
Как комариный рой,
А мне смешно до ужаса:
Мой ужас — геморрой.

Виденья все теснее,
Страшат величиной:
То с нею я*— то с нею, -
Смешно, иначе*— ной!

Не сплю — здоровье бычее,
Витаю там и тут,
Смеюсь до неприличия
И жду — сейчас войдут…

Халат закончил опись
И взвился — бел, крылат.
"Да что же вы смеетесь?" -
Спросил меня халат.

Но ухмыляюсь грязно я
И — с маху на кровать.
Природа смеха — разная, -
Мою вам не понять.

Жизнь — алфавит: я где-то
Уже в "це-че-ша-ще", -
Уйду я в это лето
В малиновом плаще.

Но придержусь рукою я
Чуть-чуть за букву "я" -
<Еще> побеспокою я! -
Сжимаю руку я.

Со мной смеются складки
В малиновом плаще.
С покойных взятки гладки, -
Смеялся я — вообще.

Смешно мне в голом виде лить
На голого ушат,
А если вы обиделись -
То я не виноват.

Палата — не помеха,
Похмелье — ерунда, -
И было мне до смеха -
Везде, на все, всегда!

Часы тихонько тикали -
Сюсюкали: сю-сю…
Вы — втихаря хихикали,
А я — давно вовсю!

Владимир Высоцкий, 1980

Cкрытый текст -

 

25 июля 1980 г. Владимир Высоцкий ушел в вечную тишину.
Фото – одно из последних (июль 1980 г.), как «кадр в немом кино».

Валерию Брюсову

По ночам, когда в тумане
Звезды в небе время ткут,
Я ловлю разрывы ткани
В вечном кружеве минут.

Я ловлю в мгновенья эти,
Как свивается покров
Со всего, что в формах, в цвете,
Со всего, что в звуке слов.

Да, я помню мир иной –
Полустертый, непохожий,
В вашем мире я – прохожий,
Близкий всем, всему чужой.
Ряд случайных сочетаний
Мировых путей и сил
В этот мир замкнутых граней
Влил меня и воплотил.

Как ядро к ноге прикован
Шар земной. Свершая путь,
Я не смею, зачарован,
Вниз на звезды заглянуть.
Что одни зовут звериным,
Что одни зовут людским –
Мне, который был единым,
Стать отдельным и мужским!

Вечность с жгучей пустотою
Неразгаданных чудес
Скрыта близкой синевою
Примиряющих небес.
Мне так радостно и ново
Всё обычное для вас –
Я люблю обманность слова
И прозрачность ваших глаз.
Ваши детские понятья
Смерти, зла, любви, грехов –
Мир души, одетый в платье
Из священных, лживых слов.
Гармонично и поблекло
В них мерцает мир вещей,
Как узорчатые стекла
В мгле готических церквей…
В вечных поисках истоков
Я люблю в себе следить
Жутких мыслей и пороков
Нас связующую нить.

Когда ж уйду я в вечность снова?
И мне раскроется она,
Так ослепительно ясна
Так беспощадна, так сурова
И звездным ужасом полна!

1903
Коктебель

Максимилиан Волошин

Максимилиан Волошин

Я глазами в глаза вникал,
Но встречал не иные взгляды,
А двоящиеся анфилады
Повторяющихся зеркал.

Я стремился чертой и словом
Закрепить преходящий миг.
Но мгновенно плененный лик
Угасает, чтоб вспыхнуть новым.

Я боялся, узнав – забыть…
Но в стремлении нет забвенья.
Чтобы вечно сгорать и быть –
Надо рвать без печали звенья.

Я пленен в переливных снах,
В завивающихся круженьях,
Раздробившийся в отраженьях,
Потерявшийся в зеркалах.

7 февраля 1915
Париж

Молитва

Храни, Господь, людей родных,
Звоним которым очень часто,
И от души желаем счастья,
И тихо молимся за них…

Храни от бед, потерь, утрат,
От лжи, предательства, злословья…
Наполни сердце их любовью,
Она важнее всех наград…

Храни, Господь, моих детей
От войн и от заболеваний,
От горьких разочарований,
И от влиянья злых людей…

Храни, Господь, моих врагов
От помыслов греховных жутких.
Им дай друзей хороших чутких,
И также чистую любовь…

Храни, Господь, ушедших всех,
К кому уже не дозвониться,
И в рамке с чёрной лентой лица…
Кого забрал к себе наверх…

Храни, Господь, людей живых…
Мы для кого-то все родные.
Но понимаем лишь седые,
Что жизнь – один короткий миг…

Прости, Господь, что попросить
Мы у Тебя не забываем,
А если в счастье пребываем,
То не спешим благодарить…

Спасибо, Господи, за шанс –
Упав, с колен опять подняться…
Не осуждать, и не сдаваться…
Спасибо! И храни всех нас…


Ирина Самарина-Лабиринт

Душа луны...

Ты вновь над городом, луна,
на всех людей наводишь страх.
Но ты тоской окружена
и слёзы прячутся в глазах.
От ярких звёзд ты в стороне.
Ты вновь у моего окна
сказать пыталась что-то мне.
И снова я тебе нужна.
Ты так печальна и бледна.
Мой сон к себе ты не зови.
А ночка эта холодна,
как чьё-то сердце без любви.
И вновь грущу я у окна,
всё, наблюдая за тобой.
Не смейся надо мной, луна,
а забери меня с собой.
И ты одна на небе вновь
и я в квартире вновь одна.
Но у меня в душе любовь,
а что в твоей душе, луна???


Ирина Самарина-Лабиринт