![]() |
#681 |
Зритель
![]() ![]() |
Слова поэта, как бальзам
На душу нежную ложатся. Отрада девичьим слезам - Его твореньям предаваться. И в руки взяв буклет стихов, Там, где душа его томится. Любовь воспрянет от оков И на бумаге возродится. Твори, поэт, слагай мечту, Ведь мысль твоя не тривиальна. Вложив в творенье красоту, Рождай красиво, гениально! Твори, дерзай, мой друг поэт, Ты по-другому не умеешь. Мгновенно сложится сюжет - Своей строкой других согреешь. И снова день сменяет ночь, Уходят в прошлое обиды. Сдержать рассвет уже невмочь, И вновь рождаются флюиды. Твори, поэт, не зря твой дар Пришёл к тебе строкой от Бога, Пей упоительный нектар Цветущей Музы у порога... Т.М. |
![]() |
![]() |
#682 |
Арт - Студия
![]() ![]() |
Я бываю такая разная...
То капризная, то прекрасная... То страшилище опупенное... То красавица – мисс Вселенная... То покладиста, то с характером, то молчу, то ругаюсь матерно, то в горящие избы на лошади, то отчаянно требую помощи, дверью хлопну – расставлю все точки, то ласкаюсь пушистым комочком, то люблю и тотчас ненавижу, то боюсь высоты, но на крышу выхожу погулять тёмной ночкой, то жена, то примерная дочка, то смеюсь, то рыдаю белугой, то мирюсь, то ругаюсь с подругой. Не больна я, не в психике трещина… Просто Я – стопроцентная ЖЕНЩИНА! автор: Лариса Рубальская |
![]() |
![]() |
#683 |
Арт - Студия
![]() ![]() |
Люблю двужильных. Не люблю двудонных.
Двуличных не люблю и двухэтажных. Я больше всё за тех, за непоклонных. Я больше всё за тех, за непродажных. Они бывают истинно прямыми. Стой на своём - они тебе помогут. Они бывают жесткими и злыми. И только подлецами быть не могут. Они себя не прячут в недомолвках. Расчетливость не жжёт их чёрной ночью. Они не выгибаются в уловках, Не ходят на поклоны к многоточью. Не пятятся в молчанье оробелом, Для них сказать неправду - это жутко. И между словом их и между делом Пустого не бывает промежутка. Без гордой фальши и без позитуры, Крутые, как вершины на отрогах, Они хранят достоинство натуры На трудных человеческих дорогах. © Сергей Островой, "Прямота" |
![]() |
![]() |
#684 |
Зритель
![]() ![]() |
Евгений Клюев
* * * И открытку от Вас получить вскоре - голубую открытку, моя радость: на одной стороне у неё – море, на другой стороне у неё – адрес, и немного любви, и лихой росчерк «Ваша…» – следует имя, за ним – дата. Впрочем, имени может не быть – впрочем, даты может не быть: просто – ког-дата. Впрочем, может не быть и любви, если море будет большое, моя радость, - и любовь не поместится: нет места - будет море и адрес, хотя адрес может не уместиться… тогда, кроме повсеместного моря (вдали – парус), не придёт ничего… – и само море тоже может застрять посреди пауз! Если так, то, пожалуй, моя радость, мне не нужно от Вас ничего вскоре - ни к чему, моя радость, мне Ваш парус - что мне в парусе Вашем, раз нет моря? |
![]() |
![]() |
#685 |
Арт - Студия
![]() ![]() |
Это стихотворение, вероятно, можно считать последним, поскольку написано оно за два дня до смерти.
Чего ты снишься каждый день, Зачем ты душу мне тревожишь? Мой самый близкий из людей, Обнять которого не можешь. Зачем приходишь по ночам, Распахнутый, с весёлой чёлкой, Чтоб просыпался и кричал, Как будто виноват я в чём-то. И без тебя повалит снег, А мне всё Киев будет сниться. Ты приходи, хотя б во сне, Через границы, заграницы. 29 октября 1974 Этот необыкновенно талантливый человек был автором сценариев к таким замечательным художественным фильмам, как «Я шагаю по Москве», «Застава Ильича», «Я родом из детства», стихотворений «Людей теряют только раз», «По несчастью или к счастью». Шпаликов ушел из жизни по доброй воле 1 ноября 1974 года в Переделкине. С утра он пытался занять денег на водку, но безуспешно. Незадолго до смерти Геннадий Федорович признавался в своем дневнике: «Велика Россия, а позвонить некому. Я не знаю, зачем жить дальше». ему было всего 37 лет. 6 сентября 1937 года родился Геннадий Шпаликов - режиссер, сценарист, поэт. Почему он свёл счёты с жизнью? Говорят, что его погубили чиновники от кино и разгульный образ жизни – богема – что ж вы хотите. «В СССР нет выбора вне выбора. Или ты пьёшь, или ты подличаешь, или тебя не печатают. Четвёртого не дано». Говорят, что он неоднократно повторял эти слова. Говорят, что он заключил пари с однокурсниками: если все они не смогут к возрасту гибели Пушкина, к тридцати семи, достичь славы, то обязаны покончить с собой – в России поэту больше 37 лет жить неприлично. Говорят, говорят, говорят… «Меня пугает равнодушие времени и чужие люди, чем дальше, тем больше чужих. Велика Россия, а позвонить некому. Я не знаю, зачем жить дальше». Дальше случилось то, что сегодня знают все. Утром 1 ноября 1974 года Шпаликов поехал на Новодевичье, где открывалась мемориальная доска на могиле режиссёра Михаила Ромма. Он попытался выступить, но кто-то из высоких начальников отдал приказ «слова не давать». С кладбища ушёл с писателем Гориным. Они поехали в Переделкино. Шпаликов поднялся на второй этаж одной из дач и там повесился, соорудив петлю из собственного шарфа. Эта улица тем хороша Удивительной этой зимою – Независимо и не спеша Возвращается улица к морю. Поверну за углом – а потом Эту синюю воду увижу. А потом? А потом – суп с котом, Я не знаю, что будет потом, Но я знаю, я понял, я – выжил. * Не принимай во мне участья И не обманывай жильём, Поскольку улица, отчасти, Одна – спасение моё. Я разучил её теченье, Одолевая, обомлел, Возможно, лучшего леченья И не бывает на земле. Пустые улицы раскручивал Один или рука в руке, Но ничего не помню лучшего Ночного выхода к реке. Когда в заброшенном проезде Открылись вместо тупика Большие зимние созвездья И незамерзшая река. Всё было празднично и тихо И в небесах и на воде. Я днём искал подобный выход, И не нашёл его нигде. |
![]() |