|
Я молюся и молюся,
На коленках синяки.
Час уже, как оземь бьюся...
Хрясь! – чертога в черепки!
Там – пустынь, змеёй холодной
Пролегла одна извиль.
Видно, Богу так угодно.
Черепки?.. – пойдут в утиль.
А извиль, оживши, скажет:
"Не печалися, остынь,
Не гони на небо лажу.
Я одна твоя святынь.
Мы с тобой одной породы.
Глянь, кругом такая хмарь.
Купим виски, капнем соды
И налижемся втихарь."
Жизнь – засохшая горбушка,
Скукота, куда ни кинь.
Поищу себе подружку –
Дусю, Нюсю или Зинь.
Ту, что выглядит попроще,
В голове песок, пустынь.
И горячую на ощупь. —
Как тебе моя богинь?
Остаётся лишь исполнить
Офигительную плань.
накрапать простой романь:
Запрягу малышку пони
И поеду в глухомань.
Прынцем сказочным явлюся
На коричневом коне,
Но сначала помолюся.
Надоело жить на дне
из сети
|