|
Бродский Иосиф Лети отсюда, белый мотылек..  Лети отсюда, белый мотылек. Я жизнь тебе оставил. Это почесть и знак того, что путь твой недалек. Лети быстрей. О ветре позабочусь. Еще я сам дохну тебе вослед. Несись быстрей над голыми садами. Вперед, родной. Последний мой совет: Будь осторожен там, над проводами. Что ж, я тебе препоручил не весть, а некую настойчивую грезу; должно быть, ты одно из тех существ, мелькавших на полях метемпсихоза. Смотри ж, не попади под колесо и птиц минуй движением обманным. И нарисуй пред ней мое лицо в пустом кафе. И в воздухе туманном. 1960 |
Иосиф Бродский Шесть лет спустя  Так долго вместе прожили, что вновь второе января пришлось на вторник, что удивленно поднятая бровь, как со стекла автомобиля – дворник, с лица сгоняла смутную печаль, незамутненной оставляя даль. Так долго вместе прожили, что снег коль выпадал, то думалось – навеки, что, дабы не зажмуривать ей век, я прикрывал ладонью их, и веки, не веря, что их пробуют спасти, метались там, как бабочки в горсти. Так чужды были всякой новизне, что тесные объятия во сне бесчестили любой психоанализ; что губы, припадавшие к плечу, с моими, задувавшими свечу, не видя дел иных, соединялись. Так долго вместе прожили, что роз семейство на обшарпанных обоях сменилось целой рощею берез, и деньги появились у обоих, и тридцать дней над морем, языкат, грозил пожаром Турции закат. Так долго вместе прожили без книг, без мебели, без утвари на старом диванчике, что – прежде, чем возник,– был треугольник перпендикуляром, восставленным знакомыми стоймя над слившимися точками двумя. Так долго вместе прожили мы с ней, что сделали из собственных теней мы дверь себе – работаешь ли, спишь ли, но створки не распахивались врозь, и мы прошли их, видимо, насквозь и черным ходом в будущее вышли. 1968 |
Николай Варнавский НА ГРАНИ  Мне кажется, что я шагнул куда-то, И мир иной раскрылся предо мной. И словно на границе рая с адом Парю я над незримою стеной. В который раз душа моя блуждает По обоюдным остриям меча. Она то солнцем ясным воссияет, То замерцает бледно, как свеча… Трепещет жизнь моя, как лист осенний: Вот-вот сорвусь! и унесет меня, Кружить по звёздам и планетам древним, В душе надежду и любовь храня… И утомлённый длительным скитаньем, Я попаду в страну волшебных снов! Где буду жить в своих воспоминаньях, И мотыльком порхать среди цветов… И снова, с лучезарною звездою Сольюсь как прежде, и в последний раз! Я обрету блаженный миг покоя, Который станет вечностью для нас… 1996 г. |
 Каждому веку нужен родной язык, каждому сердцу, дереву и ножу нужен родной язык чистоты слезы - так я скажу и слово свое сдержу. Так я скажу и молча, босой, пройду неплодородной, облачною страной, чтобы вменить в вину своему труду ставший громоздким камнем язык родной. С улицы инвалид ухом к стеклу приник. Всякому горлу больно, всякий слезится глаз, если ветшает век, и его родник пересыхает, не утешая нас. Камни сотрут подошву, молодость отберут, чтоб из воды поющий тростник возрос, чтобы под старость мог оправдать свой труд неутолимым кружевом камнетес. Что ж - отдирая корку со сжатых губ, превозмогая ложь, и в ушах нарыв, каждому небу - если уж век не люб - проговорись, забытое повторив на языке родном, потому что вновь в каждом живом предутренний сон глубок, чтобы сливались ненависть и любовь в узком твоем зрачке в золотой клубок. Бахыт Кенжеев |
Ирина Самарина-Лабиринт  Учитесь жизнь свою благодарить Желаю всем добра и мыслей светлых… Пускай обиды прошлые уйдут… От них вы избавляйтесь незаметно… Простить и отпустить – нелёгкий труд… Но каждым утром рано на рассвете Попробуйте кого-нибудь простить… За то, что солнце в небе ярко светит, Начните жизнь свою благодарить… Она ведь посылает вам уроки, Чтоб стали вы отзывчивей, мудрей… А слышит лишь обидные упрёки, То денег нет, то верных нет друзей… Вы жизнь свою за всё благодарите… За то, что вы не знаете войны, За то, что у компьютера сидите… За то, что вы кому-нибудь нужны… За то, что есть у вас семья и дети, А если нет, просите у неё!!! Она ведь не глуха и вам ответит, Прощая вас за прежнее нытьё… Хотите быть богатыми? Мечтайте! К вам деньги будут сами приходить… Хотите быть счастливыми? Дерзайте! Учитесь доверять, прощать, любить… Представьте жизнь свою без опасений, Без страхов, без упрёков и обид… Освободитесь от пустых сомнений, Увидите, что к счастью путь открыт… Оставьте ваше прошлое в покое! Оно ушло, обратно не вернуть… Задумайтесь сегодня над судьбою И начертите в мыслях светлый путь… Весь мир под одного не перестроить, Но можно перестроить мир внутри… И лучше доверять, чем вечно спорить… И лучше отыскать, чем не найти… Вам жизнь даёт бесценные советы… Того, что есть, могло бы и не быть… Представили? За каждый лучик света Учитесь жизнь свою благодарить… |
Ольга Берггольц Блокадная ласточка  Весной сорок второго года множество ленинградцев носило на груди жетон — ласточку с письмом в клюве. Сквозь года, и радость, и невзгоды вечно будет мне сиять одна — та весна сорок второго года, в осажденном городе весна. Маленькую ласточку из жести я носила на груди сама. Это было знаком доброй вести, это означало: «Жду письма». Этот знак придумала блокада. Знали мы, что только самолет, только птица к нам, до Ленинграда, с милой-милой родины дойдет. … Сколько писем с той поры мне было. Отчего же кажется самой, что доныне я не получила самое желанное письмо?! Чтобы к жизни, вставшей за словами, к правде, влитой в каждую строку, совестью припасть бы, как устами в раскаленный полдень — к роднику. Кто не написал его? Не выслал? Счастье ли? Победа ли? Беда? Или друг, который не отыскан и не узнан мною навсегда? Или где-нибудь доныне бродит то письмо, желанное, как свет? Ищет адрес мой и не находит и, томясь, тоскует: где ж ответ? Или близок день, и непременно в час большой душевной тишины я приму неслыханной, нетленной весть, идущую еще с войны… О, найди меня, гори со мною, ты, давно обещанная мне всем, что было, — даже той смешною ласточкой, в осаде, на войне… 1945 |
 * * * В деревне Бог живет не по углам, как думают насмешники, а всюду. Он освящает кровлю и посуду и честно двери делит пополам. В деревне он — в избытке. В чугуне он варит по субботам чечевицу, приплясывает сонно на огне, подмигивает мне, как очевидцу. Он изгороди ставит. Выдает девицу за лесничего. И в шутку устраивает вечный недолет объездчику, стреляющему в утку. Возможность же все это наблюдать, к осеннему прислушиваясь свисту, единственная, в общем, благодать, доступная в деревне атеисту. Иосиф Бродский, 1964. |
ПАДШИЙ АНГЕЛ  С небесной кручи, звёзды увлекая, Петляя, как оборванная нить, Светлейший ангел, сердцем замирая, На землю устремился, чтобы жить… И сквозь тоннель, всё дальше удаляясь, Любовь, как путеводная звезда, Как тень луны, чуть светом озаряясь, Вдали осталась, словно навсегда. И впереди, скалою неприступной Рубеж воздвигнут, но мерцает цель! И кажется она вполне доступной, Но чтоб дойти – не хватит жизни всей… И каждый раз, отчаянно взбираясь, Пытаясь оторваться от земли, Он чувствует, безжалостно срываясь, Как чей-то голос молвит изнутри: «Ползёшь по скалам, как по скользким льдинам, Под яростные крики воронья. Но с каждым шагом от нуля к вершине, Ты постигаешь книгу бытия. Тебе дан срок, и ты за всё в ответе, Тебе дан выбор – строй свою судьбу! Но будь готов: быть может, на рассвете, Пробьёт твой час, я за тобой приду». И падший ангел загрустил с тех пор, И свет в конце тоннеля только снится, То ясный, будто с Богом разговор, То мрачный, как земная колесница. Он обречён, как закланный агнец, Но выбран путь давно ему судьбою, Чтоб миллионы страждущих сердец, Повел он ярким светом за собою! И серебра, связующая нить, В душе его, даст Бог, не оборвётся! Когда же мы начнём им дорожить, Последним шансом, что судьбой зовется… 1997 г Николай Варнавский |
Живи, как хочешь, жизнь свою...
 Живи, как хочешь, жизнь свою. Она всего одна. Несчастным в душу не плюют... Счастливых бьют сполна Советами, что не нужны, И завистью, молвой. За то, что искренни, честны. Найди того, кто свой. Из телефона номера Фальшивые сотри... Кто не звонил тебе вчера И раньше – года три... Несчастных любят пожалеть, Не видят в них помех. Счастливых бьёт препятствий плеть, И бесит их успех... Раз дотянуться тяжело, То будут клеветать. Не покажи души надлом, Чтоб жертвою не стать... Несчастный слаб, и он сражён... Не трогают таких. А от счастливых зависть жжёт, Охотятся на них. Хранить души своей уют – Задача тяжела! Живи, как хочешь, жизнь свою, Не совершая зла. Ирина Самарина-Лабиринт |
 ЗАЧЕМ МЫ ЗДЕСЬ Зачем мы здесь, на этой милой, Такой израненной земле. Что скоро станет нам могилой, И все мы канем в забытье. Зачем так сладостно желаем Души бессмертье обрести! Раз всё равно мы умираем, И ничего нет впереди. И почему, с судьбой играя, И позабыв про совесть, честь, Мы, жизнь впустую прожигая Мечту лелеем – что-то есть! И проливаем тайно слезы, Когда, на жизненном пути, Нам помогают наши грёзы В душе надежду обрести. Кому нужны пустые грезы, И недоступность бытия! Нам не подвластны даже слёзы, И лабиринты жития. Нам не понять души явлений Пока, по воле высших сил, Не отделив от зерен плевел, Мы не узнаем всех причин. Впёред, в пути не отдыхая! Уже забрезжился рассвет Когда дойдем, никто не знает Туда, где есть на всё ответ. Туда, где все не имут сраму! Где правда голая видна! И как свеча в священном храме Душа твоя обнажена. Где для одних, вполне по праву, Чьи мысли чисты и светлы, Все обернётся высшей славой, Другим же – смертию души! Одним, на пике просветленья Поют свободы Манифест! Другим – голгофой искупленья На плечи ляжет тяжкий крест! И длится то со дня творенья! И будет так от века в век, Пока окутан неведеньем Венец природы – Человек! 1999 г. Николай Варнавский |
| Часовой пояс GMT +3, время: 23:03. |
vBulletin v3.0.1, Copyright ©2000-2026, Jelsoft Enterprises Ltd.
Русский перевод: zCarot, Vovan & Co